Выборы 2026 года почти не принесли сюрпризов, однако вывели уже знакомые россиянам механики фальсификаций и манипуляций на новый уровень. Избирательная система избавилась от остатков стеснения и открыто задействовала весь свой арсенал: мобилизацию бюджетников, непрозрачное электронное голосование, силовое и административное подавление кандидатов, выдавливание наблюдателей с участков. В условиях, когда институт конкуренции на выборах сжался, гражданам осталась возможность лишь прийти ногами к урнам и выразить несогласие в символической форме.
ЦИК объявил открытую войну наблюдателям
Возможности для независимого контроля за выборами в 2026 году были ограничены сразу на нескольких этапах. Наблюдатели могли вообще не попасть на участок или не получить доступ к камерам. Члены комиссии запрещали им передвигаться по территории УИКов и ограничивали их законные права другими способами.
Утро первого дня голосования началось с того, что участковые комиссии в семи регионах не допустили на избирательные участки минимум 1334 наблюдателя — 984 от КПРФ и 350 от «Яблока». По данным «7х7», в Ленинградской области комиссии отказали в допуске 279 наблюдателям от КПРФ, в том числе из-за отсутствия в документах постановления о назначении наблюдателей и прописки на территории округа. По закону ни то, ни другое не является обязательным. В Тюменской области более 200 представителей КПРФ не смогли начать работу из-за того, что их списки якобы не загрузились в систему ГАС «Выборы».
Тех, кому все-таки удалось пройти на участки, ждали новые проблемы. Формально законодательство оставляет наблюдателям довольно широкие возможности для контроля за выборами: они могут присутствовать при выдаче бюллетеней и подсчете голосов, знакомиться с протоколами и получать их копии, подавать жалобы, а также вести фото- и видеосъемку в установленном порядке. Однако на практике представители комиссий запрещали наблюдателям снимать происходящее, физически ограничивали их передвижение на площадке, требовали не задавать вопросы и не вмешиваться в работу УИКа. Протесты приводили к вызову полиции или удалению с участка.
Так, в Перми члены комиссии написали заявление на наблюдателя Алексея Оглоблина, когда он отказался стоять на выделенном ему месте. Мужчине было плохо видно урну с бюллетенями. Полицейский составил в отношении Оглоблина протокол о воспрепятствовании работе комиссии (ст. 5.69 КоАП РФ).
В Тобольске полицейские осмотрели избирательный участок с собаками. Силовик заявил наблюдателю, что тот создает много проблем, и на него жалуются. Сам наблюдатель связал произошедшее с жалобой на то, что члены комиссии не предоставили ему реестр надомного голосования для осмотра.
Доступ к трансляциям с избирательных участков для многих кандидатов оказался закрыт. Об этом, в частности, сообщили кандидаты от петербургского «Яблока» и амурского отделения КПРФ.
При этом к выборам 2026 года наблюдательское сообщество и так подошло в условиях самых больших ограничений. В мае 2024 года Путин подписал закон, запретивший людям со статусом иноагента не только участвовать в выборах, но и быть наблюдателями и доверенными лицами кандидатов. Это, в частности, лишило организацию «Голос», признанную иноагентом в 2021 году, возможности обучать граждан. В 2025 году координатора движения Григория Мельконьянца Басманный районный суд Москвы приговорил к пяти годам колонии по делу о деятельности в интересах «нежелательной» организации. В июле того же года «Голос» объявил о прекращении работы.
Проект «Наблюдаем вместе» в дни голосования зафиксировал 316 нарушений, связанных с правами наблюдателей. Этот тип нарушений на участках оказался самым распространенным — следующими на карте шли агитация (66 жалоб) и принуждение (66 инцидентов).
ЦИК, напротив, отчитался о рекордно низком числе обращений по поводу недопуска наблюдателей на участки и подачи их списков. По словам главы ЦИК Эллы Памфиловой, за три дня голосования в Центральную избирательную комиссию поступило всего 43 таких обращения, большинство из них, по ее словам, не подтвердились.
Желаемая явка разошлась с действительностью
Официальная статистика голосования вошла в противоречие с математикой и отчетами с мест. Аналитики и независимые наблюдатели зафиксировали аномалии, указывающие на возможные фальсификации и искажения данных.
Аналитик Иван Шукшин заметил аномалии в том, как распределялась явка. В частности, на графиках по Дагестану показатели явки складываются в необычные формы — горы и полосы. Шукшин считает, что такое распределение данных вряд ли могло возникнуть случайно, и допускает централизованную корректировку показателей.
О расхождениях между фактическим числом проголосовавших и данными в документах УИКов сообщали и наблюдатели. К примеру, на избирательном участке в центральном округе Краснодара 18 сентября наблюдатель насчитал 121 проголосовавшего. В выданном ему в конце дня акте фигурировала цифра 331 человек. Похожие случаи зафиксировало тульское отделение «Яблока». По данным наблюдателей партии, на одном из участков (№ 2123) в первый день проголосовали 517 человек, тогда как в ГАС «Выборы» отображалось 406. Комиссия другого участка (№ 2130) передала в ТИК сведения о 556 проголосовавших, однако в официальной сводке оказалось 398.
Тульские яблочники предположили, что УИКи могли занизить отдельные показатели, чтобы потом более равномерно распределить цифры по трем дням. При этом сами по себе расхождения между данными наблюдателей, документами комиссий и сведениями в ГАС «Выборы» еще не доказывают факт фальсификаций и требуют проверки по итоговым протоколам.
Согласно предварительным данным ЦИК, явка по итогам трех дней составила 56,57%. Это выше показателя на выборах в Госдуму 2021 года, когда явка была 51,72%.
Конкуренция упала в разы
Одной из заметных тенденций выборов в Госдуму 2026 года стало сокращение числа кандидатов. С одной стороны, государство самостоятельно лишало россиян права выдвигаться, с другой — многие на опыте конкурентов уяснили, что возможный выигрыш не компенсирует затраченные ресурсы.
Согласно данным проекта «Атлас выборов», по одномандатным округам выдвинулись 1723 человека — на четверть меньше, чем в 2021 году, когда таких кандидатов было 2296. Сильнее всего сократилось число самовыдвиженцев: со 174 до 83 человек. В итоге зарегистрироваться удалось только четверым. Сократилось и число кандидатов в партийных списках: у девяти партий, участвовавших в выборах 2016, 2021 и 2026 годах, их общее число за десять лет уменьшилось на 16,6%.
Политолог Александр Кынев обратил внимание еще на один показатель: впервые в новейшей истории ни одна партия, не имеющая льготы при регистрации, не стала выдвигать кандидатов в Госдуму. Речь идет об объединениях, которые должны собрать подписи избирателей, чтобы получить право участвовать в выборах. Партии, имеющие представительство в Госдуме или региональных парламентах, от этого освобождены. «Яблоко», например, относится к числу таких партий, поэтому изначально смогло выдвинуть федеральный список без сбора подписей. Правда, это не помешало системе через Верховный суд лишить яблочников шанса на получение госдумовских мандатов.
Кынев связал снижение числа кандидатов с тем, что барьеры для входа в выборы становятся слишком высокими. Сбор подписей требует значительных организационных и финансовых ресурсов, а жесткие правила проверки создают риск отказа в регистрации. В результате партии без льгот в 2026 году даже не стали пытаться пройти этот фильтр.
Тот же фактор повлиял на самовыдвиженцев. Кандидатам без партийной поддержки нужно самостоятельно собирать подписи, вести кампанию и искать ресурсы для участия в выборах. В современных реалиях это сделать очень сложно.
Александр Кынев объяснил снижение интереса к выборам не только формальными требованиями. По его мнению, для потенциальных кандидатов важна и предсказуемость кампании: если политическая конкуренция ограничена, а исход во многих округах кажется заранее понятным, у людей становится меньше стимулов тратить время и деньги на выдвижение.
Результат самого выдвижения может оказаться сомнительным — человек или группа людей попадет в поле зрения силовиков и властей. Борис Надеждин, бросивший вызов Путину на выборах президента РФ в 2024 году, пытался избраться в Госдуму по своему родному округу в Московской области. Уже после успешной регистрации Минюст внес кандидата в список “иноагентов”, а суд оштрафовал за демонстрацию экстремистской символики — фотографию Алексея Навального.
Предприятия стали мобилизационными пунктами
Традиционные методы влияния на бюджетников и заводчан трансформировались в жесткий механизм подотчетности, где руководство взяло на себя функции организаторов явки.
Сотрудники предприятий и бюджетных учреждений их нескольких регионов еще до начала выборов рассказали, что их начальство потребовало прислать фотографию с избирательного участка или скриншот электронного голосования.
В Пермском крае о таких требованиях сообщили работники «Лукойла». В Белгородской области завучи одной из школ обзванивали учителей и просили прийти на выборы в первый день голосования.
Еще одним способом принудительной мобилизации избирателей стал массовый подвоз работников на избирательные участки. Утром 18 сентября очереди из бюджетников появились на УИКах в Иркутской области, Красноярском крае и Башкортостане. В Екатеринбурге рабочие трех уральских заводов выстроились в очередь у школы № 62, где расположены четыре избирательных участка. Видео опубликовала журналистка “E1” Полина Краснопевцева. Глава Октябрьского территориального избиркома Евгения Данилова отвергла предположения журналистки, что заводчан привезли организованно.
Избиратели оказались в онлайн-гетто
Дистанционное электронное голосование распространилось более чем на треть регионов. Власти это на руку: кандидаты от “Единой России”, как правило, показывают на ДЭГе впечатляющие результаты, даже если проигрывают по бумажным бюллетеням. У избирателей и наблюдателей почти нет способа точно узнать, что происходит с голосами — и насколько они реальны.
К началу выборов россияне подали 4 млн заявлений на участие в ДЭГ. Больше всего заявлений поступило из Московской области — около 573 тыс. Москва в эту статистику не вошла, поскольку там действует своя система. Голосование на федеральной платформе проходило непрерывно — с 8:00 18 сентября до 20:00 20 сентября по местному времени.
У ДЭГ есть особенность: работодателю легче проконтролировать участие сотрудников в выборах. Человек голосует с рабочего компьютера или телефона, иногда в присутствии начальства или коллег. В таких условиях тяжелее сымитировать постановку галочки за нужных кандидатов, оставив себе право выбрать по совести.
Проект «Атлас выборов» в первый день выборов обратил внимание на необычно высокую скорость голосования через ДЭГ. По данным проекта, к полудню по московскому времени в федеральной системе отметились около 49% записавшихся, а к концу дня — около 70%. Аналитики предположили, что это признак административной мобилизации граждан в начале рабочего дня.
Сигналы о давлении на работников поступили из нескольких регионов. По данным кандидатки от КПРФ в Алтайском крае Марии Прусаковой, руководство местных бюджетных организаций принудило сотрудников к электронному голосованию. С ее слов, замминистра здравоохранения Алтайского края Виталий Лазарев требовал, чтобы руководство поликлиники обеспечило 90% явки зарегистрированных на ДЭГ подчиненных; директор лицея № 122 в Барнауле ожидала от работников скриншоты голосования; заведующая детским садом № 8 в Камне-на-Оби прямо говорила, за кого нужно отдать голос; директор комплексного центра социального обслуживания Каменского района приказала зайти в ДЭГ в четыре часа утра.
В Москве члены комиссий принуждали людей голосовать онлайн через специальные терминалы на участках, объясняя это тем, что бумажные бюллетени якобы закончились. В последний день голосования на избирательных участках столицы произошел сбой системы, через которую оформлялась выдача бланков. Из-за этого на участках образовались большие очереди. На отдельных УИКах избиратели узнавали, что они зарегистрированы для электронного голосования, поэтому проголосовать на бумаге им нельзя.
Бюрократический хаос сорвал голосование
Беспрецедентный сбой в работе избирательной комиссии лишил избирателей целого округа своего представительства в региональном парламенте.
На выборах депутата Законодательного собрания в Кировской области по одномандатному округу в бюллетень не попали имена двух зарегистрированных кандидатов — Эдуарда Пластина от КПРФ и Ивана Пискунова от «Партии пенсионеров».
Представители облизбиркома назвали случившееся технической ошибкой и перенесли выборы на сентябрь 2027 года. Неизвестно, чем на самом деле это было, но в будущем власти могут использовать такой ход для борьбы с кандидатами-оппозиционерами.
Гражданский протест ушел в символику
Если на президентских выборах 2024 года граждане стремились уничтожить бюллетени — а иногда и избирательные участки заодно, то в этот раз протест сместился в сторону символических акций. Граждане приносили на участки яблоки, надевали футболки с балеринами и оставляли пацифистские надписи. При этом любые низовые инициативы полиция жестко останавливала, тогда как нарушения режима тишины со стороны “ЕР” никого не смущали.
Жительница Новосибирска вышла на пикет у избирательного участка с плакатом: «Выбор — это иллюзия, созданная между теми, кто имеет власть, и теми, у кого ее нет». Женщина простояла меньше минуты — на нее пожаловалась гражданка, проводившая на крыльце участка соцопрос. Сотрудники полиции задержали пикетчицу. Ее дальнейшая судьба на момент публикации неизвестна.
В Челябинске член «Яблока» Владимир Южаков оставил на асфальте возле нескольких избирательных участков надписи «Make love not war» и «Миру — мир!». Ранее активист проводил агитацию, зарегистрировался наблюдателем на выборах и участвовал во встрече с лидером «Яблока» Николаем Рыбаковым. Полицейские задержали Южакова и увезли в отдел, где его расспрашивали про встречи яблочников, а также угрожали ему насилием за отказ назвать имена друзей. Они пытались приписать ему граффити «Нет войне» вместо надписи «Миру — мир!», чтобы привлечь Южакова по статье о дискредитации армии. Он отказался подписывать протокол, и силовики пригрозили Владимиру депортацией и лишением российского гражданства (активист родился в Казахстане).
— Мне говорят: «Зачем ты это сделал? Кто тебе писал? Сколько обещали заплатить?». Я отвечаю, что это моя личная инициатива, они мне не верят, просят показать телефон. <...> Говорили: «Мы знаем, что просто так ты ничего бы не стал делать — у тебя же есть жена, ребенок, зачем тебе это? Тебе кто-то звонил, угрожал? С Украины, может быть?», — рассказал Южаков «7х7».
Сторонники партии “Яблоко”, лишенные возможности проголосовать за нее на выборах, нашли способ выразить свою поддержку с помощью настоящих яблок. Они приходили с фруктами на участки, фотографировались с ними в кабинках.
Некоторые члены участковых избирательных комиссий отказались закрывать глаза на этот трюк. В Екатеринбурге наблюдатель выложил яблоко перед собой, и председатель УИКа сделал ему замечание, а затем вызвал полицию. Силовики ограничились тем, что взяли с гражданина объяснительную и забрали плод. В татарстанском Иннополисе анонимный Telegram-канал «Бабай позвонит» писал, что тех, кто принесет яблоки на избирательные участки, силовики будут «класть на пол».
В то же время символика “Единой России” никого на участках, кроме оппозиции, не смущала. Подписчики «7х7» из Перми в дни тишины заметили свежие листовки партии в подъездах и на домовых досках объявлений. На одном из новосибирских участков рядом с информационным плакатом о зарегистрированных кандидатах висела агитация единоросса Виктора Игнатова.
