К 2026 году в России из-за государственной гомофобии не осталось публичных мест, где можно безопасно говорить о лесбийских культуре и опыте. До появления соцсетей и законов против ЛГБТ эту роль выполняли печатные издания. Например, самиздат «Остров», который с 1999 по 2014 год выпускала представительница лесбийской контркультуры и философка Ольгерта Харитонова.
Ольгерта издала и распространила 61 номер и 35 литературных приложений. Тираж одного выпуска составлял около 200 экземпляров. На страницах журнала появлялись художественные тексты, письма читательниц, объявления о знакомствах, материалы о родительстве и отношениях, анонсы встреч для лесбиянок. Татьяна Калинина собрала для «7х7» пять фактов об «Острове».
Журнал можно было безопасно читать в публичных пространствах
У «Острова» была двойная обложка. Первая, снаружи, выглядела нейтрально, никак не намекая на лесбийскую тематику журнала. Под ней размещалась вторая обложка с иллюстрацией, содержащей явный сапфический сюжет — то есть связанный с лесбийской культурой и опытом отношений женщин, любящих женщин.
Такая конструкция, по словам издательницы, появилась случайно. Харитонова не могла выбрать бумагу для первого выпуска, поэтому взяла два вида и сделала две обложки. Позднее стало понятно, что этот ход сработал в пользу безопасности читательниц. Женщины могли доставать журнал в общественных пространствах, не привлекая к себе внимания.
Для Ольгерты было важно публиковать качественные тексты, поэтому в “Острове” выходили художественные произведения, переводы, публицистика. В колонке редактора в первом номере Харитонова упомянула другие русскоязычные лесбийские издания, издававшиеся в России в 1990-е годы. Например, «Пробуждение», «Лабрис», «Органическую леди» и «Софу Сафо». Самиздат Харитоновой занял место внутри уже существовавшей традиции.
Иллюстрация «7х7»
30 саратовских лесбиянок через «Остров» знакомились с женщинами из других городов
В пятом номере редакция «Острова» напечатала письмо Ольги из Саратова. Женщина написала, что через объявления в местной газете она собрала вокруг себя 30 лесбиянок, тоже живших в Саратове. Газета была ненадежным способом познакомиться — редакция цензурировала объявления.
Найдя друг друга благодаря Ольге и ее объявлениям, участницы саратовского комьюнити лесбиянок ездили на волжские острова, ходили в единственный локальный гей-клуб и обсуждали выпуск собственного печатного издания.
Ольга и ее соратницы через «Остров» пытались выйти на связь с сообществами лесбиянок в других городах. В письме в самиздат женщина объяснила, почему это было важно — в провинции знакомство с кем-то «тематическим» (то есть относящимся к «теме», словом «тема» внутри сообщества называли ЛГБТ-среду или принадлежность к ней. — прим. ред.) давалось с трудом, особенно женщинам старше 30 лет. После объединения в группу лесбиянки стали меньше зависеть от гомофобных стереотипов, жизнь большинства участниц комьюнити «стала светлее и радостнее».
В седьмом номере журнала появилось новое письмо от Ольги с подробностями из жизни саратовского сообщества лесбиянок. Женщинам надоело ходить в один и тот же гей-клуб, они стали собираться в квартирах друг друга. Одна из участниц, учительница физкультуры, несколько раз в неделю открывала для комьюнити школьный спортзал.
Лесбиянки помогали друг другу искать жилье и работу, одалживали друг другу деньги. Собирались на совместные кинопросмотры и ходили в лес. К группе присоединялись новые участницы. Большинству было около 20 лет, некоторым — больше 40 лет. Ольга признавалась, что последние приходили в комьюнити, чтобы найти партнерку для семейной жизни или секса. Они меньше вовлекались в совместные встречи, разговоры и другие форматы взаимодействия, вокруг которых строилась жизнь группы.
Ольга описывала конфликты внутри сообщества, связанные с отношениями бывших партнерок. Женщины могли создать новые пары, но их прежние чувства никуда не исчезали, из-за этого в комьюнити создавалось напряжение, выливавшееся в конфликты. Организаторка признавалась, что решить проблему было невозможно.
Подобные письма читательниц были важной частью “Острова”. В подкасте проекта «Лес рук» Харитонова вспоминала, что когда-то сама выбралась из «пузыря абсолютного одиночества» лесбийской жизни в Челябинске благодаря сапфическим текстам. Ориентируясь на свой опыт, она хотела поддержать лесбиянок, рассылая свой журнал по регионам. Но запустить “Остров” она смогла, только переехав в Москву и найдя соратниц в среде лесбийского самиздата.
Чтобы познакомиться с другими лесбиянками, читательницам нужно было взять ножницы
В шестом номере редакция «Острова» открыла рубрику бесплатных персональных объявлений, потому что у аудитории был запрос на знакомства. В одном из писем читательница рассказала, что брала журнал с собой и открывала в общественных местах, надеясь встретить других лесбиянок, узнавших выпуск «Острова».
На внутренней стороне второй обложки журнала редакция печатала купон для знакомств, оформленный как анкета: вверху – название и номер выпуска журнала, ниже — большое поле с просьбой писать разборчиво. Дальше шли строки для контактов и отдельный блок для вопросов и пожеланий, а внизу был напечатан адрес абонентского ящика в Москве.
Купон нужно было заполнить, вырезать ножницами и отправить по почте. По соображениям безопасности редакция просила читательниц не оставлять личные контакты. Купоны получали индивидуальный номер, издательская команда пересылала женщинам ответы друг друга.
Иллюстрация «7х7»
В объявлениях читательницы писали о разном. Кто-то искал подругу для походов, кто-то — компанию для поездки, кто-то хотел обмениваться опытом воспитания детей в лесбийской семье. В десятом выпуске 18-летняя Светлана из Калининграда назвала свое обращение «криком души». Она написала: «Неужели моя преданность и верность никому не нужны. Меня переполняет любовь, но она пустая. Так хочется отдать всю ласку и нежность, но кому? Может, я напрасно родилась».
Таким образом «Остров» помогал лесбиянкам из разных городов находить друг друга и понимать, что они не одни.
В начале 2000-х на страницах «Острова» лесбийские пары делились опытом родительства
В пятнадцатом номере “Острова” две женщины под псевдонимами «Она 1» и «Она 2» рассказали, как решились жить вместе, прошли через опыт искусственного оплодотворения и ЭКО.
Иллюстрация «7х7»
Текст получился очень подробным и актуальным на тот момент для сапфических женщин, которые задумывались о рождении детей без участия партнера-мужчины. Героини писали конкретных вещах, например, о деньгах — одна медицинская услуга могла стоить больше 7 тыс. рублей, а вся процедура обошлась им примерно в 2 тыс. долларов. Авторки подробно разобрали, кто и почему указан матерью в документах, с какими трудностями пара столкнулась, как на их выбор отреагировали родственники и как удалось найти врачей, которым женщины смогли довериться.
В интервью для подкаста «Лес рук» Ольгерта сказала, что ей не хотелось сводить весь замысел журнала к одной теме сексуальности. Поэтому рядом с художественными текстами и публицистикой в «Острове» регулярно появлялись материалы о повседневной жизни, в том числе о родительстве, здоровье и семейных вопросах.
Журнал помогал женщинам находить лесбийские мероприятия
Если пролистать выпуски «Острова» подряд, видно, что журнал собирал информацию о лесбийских встречах и досуге. Например, в четвертом выпуске вышло расписание дайк-вечеринок в культовом гей-клубе Москвы «Три обезьяны». Ниже другой столичный клуб «Розовая свеча» звал на встречи тех, «кому надоело сидеть в одиночестве у телевизора». Организаторки приглашали женщин купаться в бассейне или отправиться на подмосковный водоем.
Позже в номерах появлялись все более подробные объявления. В них организаторки мероприятий перечисляли программы встреч, тематические фильмы, возможности разговора с психологом, песни под гитару, выезды за город, конные прогулки и тир — можно было выбрать любой формат под свои интересы.
В десятом номере редакция опубликовала приглашение на слет женского творчества, а в шестнадцатом вышел большой репортаж о третьем таком выезде. На встречу в Подмосковье приехали женщины из Петербурга, Нижнего Тагила, Саратова, Таганрога, Гамбурга и других городов. Участницы скидывались по 30 рублей на мерч слета, который потом забирали с собой. Женщины общались, пели, веселились, могли держаться за руки и не оглядываться по сторонам. Харитонова спустя годы назвала три значимые точки ЛГБТ-жизни нулевых: «Архив Лесбиянок и Геев», клуб «Три обезьяны» и те самые слеты женского творчества, которые организовывала Елена «Боцман».
Иллюстрация «7х7»
По словам Ольгерты, «”Боцман” устраивала фестивали, а вокруг меня [Харитоновой] вращались бумажные “Острова”». Журнал анонсировал встречи, собирал истории и связывал женщин из разных городов страны, а в лесу у костра читательницы наконец встречали друг друга вживую.
В конце материала о слете есть отрывки из писем участниц: многие благодарили за атмосферу, людей, с которыми они познакомились, кто-то спрашивал про следующий выезд. По откликам видно, что такие встречи становились важной точкой притяжения для лесбийского сообщества того времени.
Первые 16 номеров «Острова» можно бесплатно прочитать в архиве Cheers Queers — прямо в браузере или скачав себе на устройство.
Если у вас есть другие номера «Острова» или другого лесбийского самиздата на русском языке, и вы готовы поделиться отсканированными выпусками, напишите Cheers Queers на почту feedback@cheersdykes.com, и команда проекта разместит их в общедоступном архиве.
