Министр образования и молодежной политики Коми Светлана Моисеева-Архипова выступила с эмоциональной речью на VIII Гражданском форуме региона, который состоялся 9 сентября в Сыктывкаре. Участники секции «Духовно-нравственное благополучие населения» на протяжении часа пытались найти причины упадка нравственности и духовности общества. Некоторые выступающие видели их в «пошатнувшемся институте семьи», невнимании родителей к детям, пьянстве, отсутствии работы, утрате связи между людьми и богом. Критиковали присутствующие и систему образования. Чтобы исправить ситуацию в этой сфере, присутствующие пенсионеры даже предлагали снова принимать школьников в октябрят, пионеров и комсомольцев, а также открыть детские комнаты.

Светлана Моисеева-Архипова, видимо, приняла критику на свой счет и незадолго до завершения работы секции произнесла эмоциональную речь. После, впрочем, несколько участников форума отметили, что претензий к министру не имеют.

 

 

«7x7» публикует речь госпожи Моисеевой-Архиповой с небольшими сокращениями:

— Я хочу начать с того, что мы высказываем общее недовольство, какие наши дети сегодня. Мы говорим о том, что мы больны. Дети как часть нашего общества, причем самая драгоценная часть, получается, инфицированы больше всего. Я не разделяю эту позицию общества [раздались аплодисменты]. Дети наши не хуже, не лучше. Они просто другие. А мы с вами остаемся прежними, и мы хотим, чтобы у нас были комнаты школьника, где мы будем вязать крючком, где будем пить чай с домашними пирогами. Сами по себе эти вещи не имеют ничего плохого, это дело тоже нужно. Но только этим современных детей не увлечь, потому что я говорю не как министр, а как бабушка.

У меня шестилетний внук. Он в два с половиной года бегло читал, выразительно шпарил наизусть «Бородино», рассказывал мне об устройстве Солнечной системы, географию пятого класса, строение материков. И в школу он не ходит. Я не хотела, чтобы он пошел, препятствовала этому. Пусть физиологически вырастет до своего интеллекта. Но для того, чтобы дети были такими — не интересовались алкоголем, занимались спортом, — ими нужно заниматься с момента зачатия. Они должны быть желанными и любимыми. Их не надо сдавать, как багаж, в детский сад, а потом требовать — сад должен, школа должна, программа должна. Да есть все, программы есть, занятия есть.

Дети приходят из школы и слышат от родителей, как они хают государство — даже животные не гадят в своем доме — как они говорят, что власть такая-рассякая, какие чиновники вороватые, какие учителя гадкие, какие врачи недоученные. Нам кажется, что дети маленькие, бегают и ничего не понимают. А они впитывают этот негатив и агрессию. Они впитывают на подсознании...

Конечно, школа несет колоссальную ответственность, и я ее с себя не снимаю. Но мы сегодня должны говорить о том, что у детей потребности другие, потому что меняется менталитет, отношение меняется, приоритеты меняются. Образование как услуга, а не как потребность или служение. Но это не работа, а служение. В образование должны приходить не зарабатывать деньги, хотя деньги тоже нужны, и немалые.

Когда ребенок знает, что учитель не видел многого, что ему могут позволить родители. Он в одной стране побывал, сходил на экскурсию, фильм посмотрел... А учитель должен расти вместе с ребенком, с опережением ребенка, вести за собой. И в какое-то время дать возможность пропустить его вперед себя.

Мы не можем говорить себе, что наши дети плохие. Не дети плохие, а мы с вами плохие. Не бывает плохих детей, это мы их делаем такими. Они изначально рождаются не такими.

Таким образом, мы говорим об общей нашей ответственности... Вы же все бабушки и дедушки, родители, вы все участники образовательных отношений. Так вот приходите к директору, классному руководителю, учителю и говорите, что вы хотите, чтобы ваш ребенок знал конкретные вещи. Программа не резиновая, и все затолкать в нее невозможно. Но можно выстроить систему дополнительного образования, чтобы дети бежали туда, чтобы им было интересно... Изменение структуры занятий во внеурочное время — это потребность, современные реалии.

Я была [недавно] в трех муниципалитетах. Я говорю коллегам: «Давайте один раз в год 1 сентября наденем на лацканы наших пиджаков все награды, которые получают в школах учителя». Учителя стесняются надевать их. Они хранятся в синих бархатных коробочках. Выйдите с наградами на линейку 1 сентября, чтобы видели дети и родители. Дети маленькие, любознательные — а что это? Родители зачастую не знают, кому доверяют детей. Не знают имя и отчество. От учителя многое зависит: как он себя позиционирует и ощущает успешным.